Главы

Арджуна прорывает смешанную рать (слоны, колесницы, конница), отражая «лавину оружия», сыплет смертоносные стрелы; падение слонов как «крылатых гор», поле — как город гандхарвов.

Карна-неистребимый, лук как у Шакры, ореол стрел, панчалы рушатся, земля будто раскалывается от звона.

Разящий бросок палицы Бхимы, сокрушающий дротик и голову Духшасаны; колесница и кони уничтожены.

Одновременное поражение Бхимой десяти «великих колесничих», золотое оперение стрел, бегство войска.

Прицельный смертельный залп Арджуны: рассечь лук, отсечь руки и голову Вришасены в один непрерывный акт.

Битва знамен — мифические эмблемы героев сражаются прежде хозяев, предвещая исход поединка.

Дуэль героев как космический акт: тьма от стрел, два сияющих лука, солнце и луна на фоне мрака.

Дуэль астр — огненная брахмастра Арджуны, затмевающая солнце, и Варуна-астра Карны, обрушивающая свинцовые тучи и проливные ливни, гасящие пожар.

Все стороны света затменены ливнем стрел Арджуны и Карны — масштаб, равенство сил, космичность схватки.

Кришна перечисляет проступки Карны и отказывает ему в опоре на дхарму.

Карна лежит, израненный и окровавленный; вокруг — и Кауравы, и Пандавы: одни в шоке, другие ликуют; мир замирает вокруг павшего светила.

Беззвучный обвал власти и рода — царь, лишённый опоры, рушится на пол при словах о тотальной гибели.

Дхритараштра, осевший в тьме слепоты и траура, с воздетыми руками, задыхается от известия о гибели сыновей; торжество пустоты над властью.

Обезглавленная армия в панике: бледные, окровавленные воины, слоны и колесницы давят своих, бегство под рёв Гандивы, крики «Бибхатсу преследует меня!».

Внутренняя убежденность кшатрия: слава через битву, отказ от мира и милости.

Дурьодхана, сойдя с колесницы и со сложенными руками, посвящает возвышающегося на колеснице Шалью в верховные военачальники.

Момент инаугурации Шальи с трубами и боевыми кличами, всплеск духа Кауравов.

Назначение Шальи главнокомандующим и его выступление во главе строя — кульминация надежды Кауравов после гибели их великих воинов.

Битва превращает ландшафт в мифическую реку, текущую в мир усопших; смятение, гибель четырех родов войск, торжество храбрости и страх робких.

Один военачальник принимает на себя натиск Пандавов, как скала/берег принимает вал океана.

Дрожащая Земля, пылающие метеоры, затмение диска солнца, птицы-падальщики и соединение планет — небо откликается на бой.

Бхима и Шалья описывают замкнутые круги, палицы сталкиваются, высекание искр, гул как гром, два равных «льва».

Тело Шальи, истекающее кровью от множества стрел — как гора, смытая красным мелом.

Арджуна как Агни конца юги; поле, залитое огнем стрел, груды пылающих колес и знамен, головы и руки среди дыма; колесница Партхи прорывает инфернальный пейзаж.

Главнокомандующий мадров в одиночку отражает натиск Пандавов (Юдхиштхира, Бхима, Сатьяки, Накула, Сахадева), переламывает их натиск и держит поле.