Главы

Крах воина перед долгом: жалость, растерянность, отказ сражаться.

Единый Источник, на котором держится множественность миров.

Превосходство личностной бхакти — сосредоточение ума на Лике и служение с верой.

Начальный вселенский гул — слияние раковин, литавр, небесных свидетелей — космическое признание значения битвы.

Бхишма как полюс битвы, сияние власти и неизбежности, знак звёзд над человеческой бойней.

Абхиманью сбивает серебряно-золотой стяг с пальмой у Бхишмы; ликование Пандавов, крик Бхимы, смена дыхания битвы.

Бхишма как солнцеподобная стихия — золотая колесница, тучи стрел, ослепляющий разгром.

Непрерывный ливень стрел «как ядовитые змеи», закрывающий пространство.

Король, лишённый опоры, видит Бхишму как бездонную стихию; просьба о спасении и желание уйти в лес.

Одиночество героизма и превосходство навыка над числом; Абхиманью в сиянии лука сдерживает пятерых именитых.

Слияние Бхимы с архетипом карающей силы — палица как жезл Ямы/молния Индры, один против множества.

Одиночная ярость Бхимы, «как волк среди овец», методично сносит головы князей — страх и распад строя Кауравов.

Слепой старец, погружённый в страх и чувство неизбежной кары, видит войну как безбрежный океан без берега.

Васудева возлежит на водах, погруженный в Йоганидру; из дыхания — ветер, из уст — огонь; вокруг — зарождение миров.

Бхишма перехватывает Бхиму; стрелами в полёте рассекёт дротик-змея и ломает лук Бхимы.

Ответ Сатьяки на бросок Дурьодханы — сокрушение целого корпуса.

Пеший Бхима, оставив колесницу, крушит палицей слонов, конницу и колесницы, прорывая «океан» войска Кауравов.

Предбоевой вызов Бхимы — голос возмездия на фоне краснеющего солнца.

Величественная дуэль двух столпов дхармы, при свете Кришны-возницы; армия замирает от ужаса.

Бхишма как разъярённый лев/пожар, разметающий строи и сносящий головы; ужасающая мощь старейшины.

Последовательное обезглавливание и пронзение семерых братьев (Апараджита, Кундалдхары, Пандитаки, Вишалакши, Маходары, Адитьякету, Вахваси) как исполнение обета и разворот судьбы Кауравов.

Полдень как зенит судьбы; поток крови и обломков — итог ослепления и упорства; звук крика, ставший пейзажем.

Космический крик ночного титана, заставляющий содрогнуться мир и оробеть противников.

Арджуна в повозке, израненное поле; он говорит Кришне о тщете богатств и гибели родичей, между решимостью и отвращением.

Триумфально-отчаянный выход царя к старцу ради перелома войны.