Юдхиштхира собирает совет после боя

После первого дня битвы в смятении и отчаянии стоит Юдхиштхира: его фигура на невысоком взгорье кажется почти потерянной среди дымных волн и рассыпающихся искр, складывающихся в грозный образ Бхишмы. Величие противника здесь не в одном воине, а в ощущении бездонной силы, перед которой судьба будто лишается опоры. Рядом спокойным жестом присутствует Кришна, возвращая царю меру и направление: взгляд и рука указывают вперед, туда, где зарождается решение. На переднем плане выступает Дхриштадьюмна — собранный и готовый к ответному удару, светлым акцентом отделенный от мрака, чтобы показать переход от безнадежности к организованной воле. Юдхиштхира показан в состоянии глубокой печали — как царь, который внутренне тонет, потому что видит превосходящую мощь Бхишмы и страх распада перед лицом грядущей битвы. Дымно-огненная волна, читаемая как метафора «океана стрел и искр», формирует грозный силуэт тигра-лучника: образ непобедимости переживается прежде всего психологически. Контрастом служит Кришна: сдержанная неподвижность и поддерживающий жест создают ощущение опоры посреди ночного мрака совета. Фигура Дхриштадьюмны выводит сцену из трагического предела: он освещен как ответ на скорбь, и именно его готовность вести новый строй превращает чувство утраты в следующий шаг.