Дурьодхана желает узнать о Васудеве, Верховном Господе

На картине Васудева предстает как первопричина всего сущего: Лотосоглазый Господь возлежит на многоголовом Ананте в глубоком покое йоганидры, тогда как вокруг звучит тихое дыхание творения. Причинный океан стелется широкими волнами, и из Него — через знаки пламени и ветра — проступает жизнь мира, еще до любых имен и событий. От чрева Господа поднимается лотос с образом Брахмы, а сияющие лучи несут дальше откровение: из сердечной полноты рождаются Веды, богиня Сарасвати и световые эманации, намечающие порядок варн как единый замысел. Простор космоса и мягкие световые туманности обрамляют эту космогонию, делая ее не зрелищем, а ясным свидетельством величия Кешавы. В этой главе вопрос Дурьодханы о Васудеве поднимается до космического ответа: Господь — не только Творец, но и основание дхармы, источник стихий, богов и самих законов мира. Художнический образ держится на тишине йоганидры: на фоне бескрайнего Причинного океана неподвижность Господа становится самым убедительным знаком абсолютности. Все исходящее — огонь и ветер, Веды и Сарасвати — возникает как естественное продолжение Его сути. Ананта-Шеша служит опорой мироздания: многоголовый, развернутый как живая ось, он связывает землю и высшие планы, подчеркивая, что поддержка сущего — в самой первооснове. Световые эманации варн и появление Брахмы в лотосе переводят космологию в порядок: мир строится из единого источника, а потому сила Пандавов объясняется не только доблестью, но покровительством Кришны.