Главы

Раненный стрелами с золотым оперением Аламбуша сияет как пылающая гора; обмен залпами, мощь и упорство противников.

Разрыв сакральной связи ради дхармы; два льва, не щадящие друг друга.

В полуденное зенитное солнце Бхишма обрушивает «ураганы стрел» на Пандавов; обе армии сливаются в единую массу.

Колесница Кришны и Арджуны целиком исчезает за завесой стрел Бхишмы; Васудева хладнокровно ведёт белых коней под шквалом.

Пандавы выдвигаются на заре; Шикханди блистает во главе; окружение героев и мощь строя.

Приближение Савьясачи с львиным рыком и потоками стрел, обращающее войско Кауравов в бегство.

Момент решения: Арджуна ставит Шикханди щитом и запускает решающий манёвр против Бхишмы.

Кольцо защитников, сжимающееся вокруг Бхишмы, в глубине поля; к нему рвутся Пандавы, фронт пылает множеством пересекающихся дуэлей.

Мгновение, когда Бхима тремя стрелами отправляет коней и возницу Джаядратхи в мир мёртвых, ломает его лук и оставляет царя Синдху беспомощным.

Две армии сходятся, выдвинут Шикханди; Бхишма — центральный столп решающей схватки.

Колесница-алтарь, лук-дуга пламени, стрелы-жертвенный огонь; Бхишма пожинает войско как пожар по сухостою.

Бибхатсу призывает небесное оружие; лук Гандива сияет как в поднебесье; армии, слоны, колесницы обращены в бегство.

Поле, пропитанное кровью, рассеянные колесницы, растоптанные воины, слоны и кони, белые зонты, золотые знамена, птицы-падальщики и завывающие ветры — мир войны превращается в апокалиптический пейзаж.

Арджуна, прикрываясь Шикханди, раз за разом рассекàет луки Бхишмы и разрубает метнутый молниеобразный дротик.

После падения Бхишмы Кауравы подобны небу без луны, судну в шторме, лани среди волков — серия образов пустоты и страха.

Образ Бхишмы, лежащего как солнце, упавшее с небосвода — космическая потеря, мерило масштаба бедствия.

Мудрый патриарх возлагает на Карну обязанность быть «океаном для рек» и опорой Кауравов.

Высокое сияющее знамя Карны с подпругой слона, гасит скорбь по Бхишме и зажигает уверенность в войске.

Мир сужается до сплошной тучи стрел; виден лишь движущийся стяг Дроны, как вспышка молнии.

Два неподвижных, охраняемых титанами строя — метафора напряжённого равновесия перед бурей.

Вход Дроны в строй Пандавов как стихийный пожар и гроза; золотой лук-молния, гром тетивы, паника войск.

Палицы как молнии/метеоры/змеи, высекающие огонь — овеществление ярости и судьбы.

Поле брани как стихия: кровь — вода, колесницы — водовороты, кости — отмели, оружие — рыба/пена стрел.

Воины Сушармы и союзники совершают огненный обряд с травой куша и доспехами, принося страшную клятву победить или умереть.

Клятвенный строй врага, равнина, наполняемый небом крик, выход Арджуны.