Санджая

Жертва ночного титана ради спасения Арджуны; небесный дротик реализован не по назначению и утрачен.

Царь сидит в колеснице, залитый слезами, среди ночного хаоса боя после гибели Гхатоткачи.

столкновение царя и учителя; манипуляция, обида, вспышка гордости — момент, когда слово становится оружием.

Заря «медно-красная», солнце «как золотое блюдо», оба войска сходят с колесниц и молятся.

Поле боя как река, где кровь — потоки, плоть — ил, знамена — пена, оружие — рыбы, вопли — рокот.

Дрона и Арджуна на колесницах в круговых манёврах, схлестнувшиеся астральным оружием; небо, наполненное богами, гандхарвами, риши и сиддхами, лучи света и «облака» из сетей стрел.

Риши в тонких формах увлекают Дрону с поля бойни к миру Брахмы; призыв брахману положить оружие.

Стрела-змея в круге тетивы сияет как солнце на исходе — предвестие гибели мира, сгущение рока.

Душа Дроны восходит как второе солнце; небосвод залит сиянием, небожители ликуют.

Момент, когда Ашваттхама касается воли и вызывает божественную астру.

Безоблачное небо с громами, тьма среди дня, реки вспять, горные вершины трескаются, звери обходят слева — мир содрогается.

столкновение ярости и долга; силой останавливают братоубийство в стане Пандавов.