Главы

Арджуна как гроза — тетива, грохот ладоней, молния-лук, сплошной дождь стрел, стирающий стороны света.

Бхишма перехватывает Бхиму; стрелами в полёте рассекёт дротик-змея и ломает лук Бхимы.

Ответ Сатьяки на бросок Дурьодханы — сокрушение целого корпуса.

Два грандиозных боевых построения — “акула” Пандавов и “журавль” Кауравов — стоят друг напротив друга перед схождением.

Пеший Бхима, оставив колесницу, крушит палицей слонов, конницу и колесницы, прорывая «океан» войска Кауравов.

Уязвление Бхимы и ответный удар в обе руки и грудь Дурьодханы, который «как гора» не шелохнулся.

Предбоевой вызов Бхимы — голос возмездия на фоне краснеющего солнца.

Старший воин, как столп Дхармы и воли, поднимает дух армии и царя обещанием безусловной жертвы.

Ответная формация Пандавов — «Ваджра» (громовая палица), львиный рык колесничих и всадников.

Величественная дуэль двух столпов дхармы, при свете Кришны-возницы; армия замирает от ужаса.

Небо закрыто золотыми стрелами братьев из Аванти и ответным градом Иравана — бой как космическая буря, где свет меркнет.

Юдхиштхира в облике огненного разрушителя миров, вселенский страх, умиротворяющие молитвы мудрецов и богов.

Всепоглощающий натиск Партхи: ливень стрел, рассечённые луки, падение царей, движение к Бхишме.

Бхишма как разъярённый лев/пожар, разметающий строи и сносящий головы; ужасающая мощь старейшины.

Кауравы и Пандавы выстраиваются и ревут, как океан; фронты сходятся под знаменами, зонтами, сияющими доспехами.

Последовательное обезглавливание и пронзение семерых братьев (Апараджита, Кундалдхары, Пандитаки, Вишалакши, Маходары, Адитьякету, Вахваси) как исполнение обета и разворот судьбы Кауравов.

Полдень как зенит судьбы; поток крови и обломков — итог ослепления и упорства; звук крика, ставший пейзажем.

Выход Иравана с ратью коней «быстрых как мысль» в золотых уборах, лобовое столкновение конных масс; эпический размах битвы.

Космический крик ночного титана, заставляющий содрогнуться мир и оробеть противников.

Гхатоткача, взмывающий в небо, ревущий как грозовая туча, с ливнем стрел, как осенним потоком, — момент перелома внимания и страха.

Бхима, соскочив с колесницы, замирает с поднятой палицей—как скала, как Кайласа; фигура неодолимой силы перед натиском Дурьодханы и Ашваттхамы.

Бхагадатта на Супратике, как Индра на Айравате, льет стрелы; слон крушит строй, войско сжимается «как кожа в огне».

Арджуна в повозке, израненное поле; он говорит Кришне о тщете богатств и гибели родичей, между решимостью и отвращением.

Формирование щита вокруг Бхишмы, страх перед Шикханди как «волком», уязвимость великого воина из-за обета.

Юный герой, как бездымный пылающий огонь/молния, врывается в неиссякаемый «океан» ратей, сечёт кшатриев, истребляет на колеснице, лук — как сверкающая ваджра.