Абсолют

Аскеза как центр мира; природа признаёт святость и расступается.

Царская чета, впряжённая вместо коней, истекающая кровью под ударами стрекала, везёт Чьявану среди молчащего, потрясённого города; раздача даров риши на фоне их страданий.

Проявленная сила аскез — небесный дворец из чистого золота, горы, долины, озёра с лотосами, апсары и гандхарвы, парящие птицы, музыка и изобилие.

Чьявана спит неподвижно 21 день как испытание терпения и смирения царской четы.

Момент провозглашения пророчества, когда слово риши определяет войну, союзы и рождения великих.

Водоем, наполненный водой, как дом-друг, где находят прибежище боги, люди, гандхарвы, предки, ураги и прочие существа.

Созерцание сияющих миров, обещание скорого отправления — визуализация небесной награды за дхарму.

Невидимая сила аскетов, не просящих, но способных «испепелить Землю» — священный огонь, приглушённый пеплом смирения.

Земля кормит, как мать; из ее тела — урожай, камни, злаки, животные; даритель земли приобщается к неиссякаемому источнику.

Единый поток: земля—ветер—облака—дождь—солнце—урожай—жизненное семя—тела—жизнь; пища как амрита, что удерживает космический порядок.

Корова как высший дар, дающий жизнь и нектар, связанная с небесами; дарение коров — путь к небесам.

Ямадуты в черном приводят «не того» брахмана; Яма встает, отдает честь и велит вернуть его — справедливость превыше слепой силы.