Дхарма как высший и подвижный закон

Дурьодхана и Сатьяки сходятся лицом к лицу, улыбаясь и вспоминая игры ученичества, в момент, когда неизбежность дхармы кшатрия требовательно ведёт их к взаимному убийству.

Риши в тонких формах увлекают Дрону с поля бойни к миру Брахмы; призыв брахману положить оружие.

Душа Дроны восходит как второе солнце; небосвод залит сиянием, небожители ликуют.

Рассыпание армии, пыль и слезы, разорванные ряды, каждый спасает свою жизнь; визуальная апогейная панорама поражения.

Бхима, вздымающий золотую палицу, клянётся один сокрушить врага, его ярость как ураган, ломящий горы.

столкновение ярости и долга; силой останавливают братоубийство в стане Пандавов.

Ашваттхама призывает оружие Нараяны; небо и пространство заполняются огненными стрелами, дисками, палицами и сияющими шарами.

Бхима, коней и возничего скрывает огненный смерч оружия Ашваттхамы; «огонь в огне», стрелы как потоки конца юги.

Возникновение Кешавы и Арджуны из рассеявшегося мрака как двух светил после нейтрализации оружия Брахмой.

Уничтожение трёх городов-асуров единой стрелой, где вся вселенная становится оружием и колесницей Шивы.

Четверо, терзаемые бессонницей и виной за Драупади/кости, ждут рассвет как сотню лет.

Дхритараштра, «чьим единственным оком служит мудрость», приводится в чувство — вода на лице, молчание, дрожь, внутренний суд над самим собой.