Главы

Душа оставляет тленное тело, блуждает меж небесных пространств, затем воплощается вновь; тело возвращается в стихии.

Праведность как инженерия духа: укреплённая знанием священных писаний дамба удерживает нарастающий напор греховных вод.

«Истина — тайна Вед; тайна истины — самообуздание; тайна самообуздания — освобождение».

Тревоги—заводи, болезни и смерть—крокодилы, страхи—змеи, страсть—акулы, зависть—течение, штормовая волна—смерть, кораллы—озера крови, рев—громкий смех, пена—слизь.

Ишана–Вишну как вселенская форма с бесчисленными ликами, руками, глазами, пронизывающая всё сущее; Душа Вселенной, вечное Сознание.

Пралая и новое творение в образе солнца, что забирает свет и вновь рождает его.

Мир самсары как бездонный штормящий океан; луч или мост знания, по которому можно перейти к освобождению.

После сна Брахмы Махарудра разжигает солнцеподобный огонь, вода затопляет, огонь испаряет воду, восьмиформный ветер гасит пламя; далее эфир, ум, сознание, Махат — всё поглощается Верховным Пурушей.

Восхождение души из темени в сияющую обитель Творца — максимум духовной устремлённости и итог пути.

Момент инициации: Сурья, повеление открыть уста; Сарасвати, входящая как свет/слог ом; палящий жар, вода реки, переход к прохладе и внутреннему свету.

Все существа уносятся течением времени и попадают в пасть старости и смерти; неизбежность цикла рождения и умирания.

Сулабха «входит» в разум царя; их тонкие тела без посоха/скипетра; лучи глаз, связывающие и отражающие волю.

Пересечение океана пяти чувств и стихий старости, болезни и смерти на лодке праведности, среди молний дней и ночей.

Махадев, сияющий, в гирлянде карникара, благословляет Вьясу сыном, равным стихиям.

Аскет, идущий пешком через монументальные ландшафты и цивилизации, не задерживаясь и сохраняя внутреннюю цель.

Монарх с жрецами и свитой приносит аргхью и коров, склоняясь перед юным аскетом.

Космический вызов Кумары и вмешательство Вишну, чьё потряхивание дротика сотрясает мир, но сохраняет честь Сканды.

Приход Нарады в немое святилище; укор за отсутствие ведического звука и пробуждение Вьясы.

Прибытие Нарады и почитание его Шукой — санкционирование учения и передача знания.

Отрешённость и восхождение в «вечное сияние» через йогу; выбор пути без возврата.

Предрассветная неподвижность, внутреннее видение атмана и освобождённый смех — момент самораскрытия до полёта.

Йогическая мощь и свобода, перед которой раздвигаются миры; апофеоз пути — пронзение соединённых вершин Гималаев и Меру под дождём небесных цветов и клики “Превосходно!”.

Двое вечных риши в Гималаях, истончённые аскезой, их обитель среди бадари; невзирание богов на их пыл; предельная сосредоточенность как врата к тайне Верховного.

Объединённые Читра-шикханди на вершине Меру изрекают трактат семью устами, задавая основу дхармы, артхи, камы и мокши.

Белые как луна жители острова в единой молитве, лучистый свет как тысяча солнц, благовонный ветер, слышимый, но невидимый Господь.