Разрушение

Войско как океан о приливе, остановленный «берегом» — Сатьяки; метафора подавления бескрайней массы сил одним героем.

Столкновение двух «стихий» — камней горцев и длинных змееобразных стрел Сатьяки, где стрелы в пыли и свете дробят валуны в воздухе.

Дрона на колеснице перехватывает Духшасану и публично клеймит его трусость, вспоминая оскорбление Драупади.

Шум и скопление войск «как в конце юги»; невиданная концентрация сил и предвестие катастрофы.

Кульминационное поражение первого грозного противника: стрела Дроны пробивает панцирь и «входит в землю, как черная змея сквозь муравейник».

Карна с тремя стрелами в груди, стоящий величаво, как гора с тремя вершинами; кровавые потоки — как жилки глины по склонам.

Совет Дроны, где кости превращаются в стрелы, а Джаядратха — в ставку; выбор приоритета защиты.

Герой без колесницы, натягивающий лук, окружённый вонзившимися в землю стрелами, кровь, пыль, стяг срублен — момент стойкости на грани.

Пятеро братьев-лучников в доспехах, сомкнув круг и “окутывающих стрелами” Бхиму; Бхима встречает их с легкой улыбкой и идет в атаку.

Грозовая туча-воин обрушивает ливень стрел на гору-соперника; стихии схватки как космическая аллегория.

Бхима, сжав лук левой рукой, выпускает семь сверкающих, золотооперённых стрел; они пронзают сердца семерых, и те валятся с колесниц, как деревья со склона.

Дуэль как стихии: два воина осыпают друг друга стрелами-ливнями, воздух густ от стрел, панорама армии в смятении.