Легитимность силы через испытание и самообуздание

Полдень как зенит судьбы; поток крови и обломков — итог ослепления и упорства; звук крика, ставший пейзажем.

Выход Иравана с ратью коней «быстрых как мысль» в золотых уборах, лобовое столкновение конных масс; эпический размах битвы.

Космический крик ночного титана, заставляющий содрогнуться мир и оробеть противников.

Гхатоткача, взмывающий в небо, ревущий как грозовая туча, с ливнем стрел, как осенним потоком, — момент перелома внимания и страха.

Бхима, соскочив с колесницы, замирает с поднятой палицей—как скала, как Кайласа; фигура неодолимой силы перед натиском Дурьодханы и Ашваттхамы.

Бхагадатта на Супратике, как Индра на Айравате, льет стрелы; слон крушит строй, войско сжимается «как кожа в огне».

Арджуна в повозке, израненное поле; он говорит Кришне о тщете богатств и гибели родичей, между решимостью и отвращением.

Формирование щита вокруг Бхишмы, страх перед Шикханди как «волком», уязвимость великого воина из-за обета.

Юный герой, как бездымный пылающий огонь/молния, врывается в неиссякаемый «океан» ратей, сечёт кшатриев, истребляет на колеснице, лук — как сверкающая ваджра.

Разрыв сакральной связи ради дхармы; два льва, не щадящие друг друга.

В полуденное зенитное солнце Бхишма обрушивает «ураганы стрел» на Пандавов; обе армии сливаются в единую массу.

Колесница Кришны и Арджуны целиком исчезает за завесой стрел Бхишмы; Васудева хладнокровно ведёт белых коней под шквалом.