Карма, рок и власть Времени

Бхишма как разъярённый лев/пожар, разметающий строи и сносящий головы; ужасающая мощь старейшины.

Кауравы и Пандавы выстраиваются и ревут, как океан; фронты сходятся под знаменами, зонтами, сияющими доспехами.

Последовательное обезглавливание и пронзение семерых братьев (Апараджита, Кундалдхары, Пандитаки, Вишалакши, Маходары, Адитьякету, Вахваси) как исполнение обета и разворот судьбы Кауравов.

Полдень как зенит судьбы; поток крови и обломков — итог ослепления и упорства; звук крика, ставший пейзажем.

Выход Иравана с ратью коней «быстрых как мысль» в золотых уборах, лобовое столкновение конных масс; эпический размах битвы.

Космический крик ночного титана, заставляющий содрогнуться мир и оробеть противников.

Гхатоткача, взмывающий в небо, ревущий как грозовая туча, с ливнем стрел, как осенним потоком, — момент перелома внимания и страха.

Бхима, соскочив с колесницы, замирает с поднятой палицей—как скала, как Кайласа; фигура неодолимой силы перед натиском Дурьодханы и Ашваттхамы.

Бхагадатта на Супратике, как Индра на Айравате, льет стрелы; слон крушит строй, войско сжимается «как кожа в огне».

Арджуна в повозке, израненное поле; он говорит Кришне о тщете богатств и гибели родичей, между решимостью и отвращением.

Триумфально-отчаянный выход царя к старцу ради перелома войны.

Формирование щита вокруг Бхишмы, страх перед Шикханди как «волком», уязвимость великого воина из-за обета.