Дурьодхана задумал пленить Кришну

На фоне монументальных колонн и тихого дворцового сада группа заговорщиков — Дурьодхана, Шакуни, Карна и Духшасана — в напряжённом порыве тянет верёвки к светящейся фигуре Кришны на возвышении. Их замысел выглядит ловким и близким к исполнению, пока на середине пути нити не меняют природу и не рассыпаются в лотосовые лепестки и огненную искру — знак того, что «поймать» божественное невозможно. Сияющий ореол Кришны остаётся спокойным и неизменным, тогда как вокруг усиливается ощущение обречённости: по небу поднимается туманная тигриная тень, как предвестник силы, которая не терпит попыток уз и властвования. Простая дальняя дистанция сцены делает её не сценой борьбы, а нравственным приговором уже в момент зарождения злодейского плана. Эта иллюстрация решает ключевой поворот главы: замысел пленить Кришну показан как заранее лишённый опоры — верёвки распадаются на свет, утрачивая сам смысл «схватить». Лотосовые мотивы соотносятся с образами из речей Кришны и Видуры: попытка ограничить Того, кого не удержать, превращается в цветение несбывшегося. Тигриный силуэт в небе работает как символ архетипической мощи — не как буквальный зверь, а как знак неизбежной меры и возмездия, которое не требует грубой демонстрации. Напряжение собравшихся лицится в жестах и направленных движениях, тогда как Кришна сохраняет внутреннюю ясность; так читается контраст адхармы дерзости и дхармы неприступного величия.