Сомнение

Юдхиштхира с вопросом о счастье царя и благе царства; Бхишма как столп дхармы отвечает.

Святость риши, чьё присутствие усмиряет львов, тигров, слонов и прочих зверей — природа как ученики у мудреца.

Олицетворённые категории — поведение, праведность, правда, благодеяния, сила, процветание — выходят из тела Прахлады и переходят к Индре.

Миг, когда «поблескивающая в лучах солнца» стрела падает и теряется в траве — блеск усилия, гашение исхода, ускользание результата.

Усталый царь с луком в руках у порога священной обители; 357 аскетов встречают и чтут его. Контраст мирского и священного, вопрос о границах надежды.

Власть и богатство как взаимная опора: казна питает силу, сила защищает дхарму.

Сакральный мудрец у порога табуированного мира; столкновение чистоты и нечистоты в предельной нищете.

Одинокий сизокрылый голубь на древнем дереве, в тишине после бури, оплакивающий пропавшую супругу; дом без хозяйки как пустыня.

Джанамеджая, терзаемый виной и страхом Ямараджи, смиренно умоляет Шаунаку о милости.

Могучее древо с бесчисленными ветвями, цветами и плодами, дающее убежище животным, путникам и аскетам.

Голое дерево без ветвей, листьев и цветов на вершине Гималаев, а над склонами — стремительные потоки ветра; встреча взглядами: дерево — устыдённое, ветер — величественный, всесильный.

Аскеза как первооснова мироздания: творец созидает вселенную силой покаяния; из аскез рождаются Веды, пища, лекарство, победа.