Скорбь

Вьяса на Меру поет гимн имен, и Шива откликается, даруя исполнение желаний.

Передача дхармы из уст Бхишмы в ухо царя — авторитетное установление меры даров и добродетели.

Обещал брахману даяние — и не дал.

Умирающий мудрец-воин как ось мира; собрание риши и Пандавов вокруг него, священный свет четырёх сторон.

Разоблачение истинного рождения Матанги и моральное столкновение с идеалом брахмана.

упорство и самоиспепеляющая аскеза против предначертанности.

Миг, когда дрожащий голубь садится на колени Вришадарбхи, и царь даёт обет защиты.

Адитья, Чандра, Ваю, Варуна, Притхви, Сварга и стороны света «входят в тело брахмана».

Нарада задаёт трудный вопрос; апсара, сладко улыбаясь, принимает и открывает «вечные недостатки» — момент перехода от сомнения к признанию.

Индра, ослепительно прекрасный, входит в святилище; Ручи — пленённая и обездвиженная изнутри; Випула — сидящий как изваяние, взгляд остановлен. Треугольник искушения, защиты и самоконтроля.

Космический цикл как свидетель греха; клятва «пусть постигнет участь Випулы»; мгновение осознания вины.

Царская чета, впряжённая вместо коней, истекающая кровью под ударами стрекала, везёт Чьявану среди молчащего, потрясённого города; раздача даров риши на фоне их страданий.