Скорбь

Суровые аскезы и обретение дара, который превращается в искушение и источник будущей гибели.

Мудрый, принимающий оскорбления без гнева, «стрёкот сверчка» на фоне — переход заслуг и дурных качеств.

Цикл метаморфоз собаки (леопард—тигр—слон—лев—Шарабха) и возврат к псу за попытку пожрать благодетеля.

Дхарма, артха и кама как сливающиеся, но различимые потоки/дороги, устремлённые к высшей цели — мокше (как светлый предел/врата отстранения).

Миг, когда «поблескивающая в лучах солнца» стрела падает и теряется в траве — блеск усилия, гашение исхода, ускользание результата.

Усталый царь с луком в руках у порога священной обители; 357 аскетов встречают и чтут его. Контраст мирского и священного, вопрос о границах надежды.

Теофания Закона — Ямарадж посещает Готаму во время его суровых аскез.

Власть и богатство как взаимная опора: казна питает силу, сила защищает дхарму.

Сакральный мудрец у порога табуированного мира; столкновение чистоты и нечистоты в предельной нищете.

Стихия смывает силу и гордыню; охотник, подобный Яме, сам становится жертвой страха и холода.

Одинокий сизокрылый голубь на древнем дереве, в тишине после бури, оплакивающий пропавшую супругу; дом без хозяйки как пустыня.

Высшая жертва ради долга гостеприимства; святость подвига.