Карма, рок и власть Времени

Царь, завоевавший мир, «сжигаем» скорбью и виной — трон как крест, власть как бремя.

Мудрец Вьяса наставляет молчащего Юдхиштхиру поднять скипетр как символ правосудия и царской ответственности.

Битва как ягья: алтарь-колесница, столб-лук, веревка-тетива, черпаки-стрелы и меч, масло-кровь, огонь-гнев, четыре хотри — четверка коней.

Всевластие Времени над судьбами и царской властью.

Царь, обвиняющий себя в смерти родных и учителей, принимает обет голодания до смерти.

Мир как бездонный океан времени, в чьих водах роятся крокодилы-старость и смерть; неизбежность круговорота рождения—жизни—смерти.

Сострадание и божественное утешение, смена траура на принятие.

Нарада, явившись по зову, возвращает жизнь принцу с дозволения Индры; момент перехода от траура к благодати.

Святой мудрец обращается к Юдхиштхире, пребывающему в немой скорби, напоминая о дхарме кшатрия.

Вина за гибель родных и царей, ощущение ада и просьба о покаянии.

Мудрец раскрывает Юдхиштхире меру поступков: грех — искупление — исключения.

Одинокий кающийся, просящий пищу раз в день, с человеческим черепом в руке, спящий на земле — воплощение предельного самоуничижения ради очищения.