Карма, рок и власть Времени

Самозарождение священного пространства жертвы как врата к божественному.

Тайное проникновение, пробуждение ударом, поваленный воин, нога на горле, отказ «убить оружием», казнь как жертвенного животного.

Дурьодхана, лежащий в крови, «как алтарь», окружённый тремя воинами — Ашваттхамой, Крипой и Критавармой, «тремя огнями».

Великий царь, победитель, в пыли — сокрушён горем после вести о гибели сыновей и войска.

Ашваттхама тянется к стальной чакре Кришны — и не может даже сдвинуть её.

Риши как живой предел, усмиряющий разрушение; божественный арбитраж между брахмастрами.

Смирение и дисциплина побеждают неистовство космического оружия.

Ашваттхама, отмеченный проклятием, обречённый на вечное одиночество и разложение, бродит по непроходимым чащам.

Рудра восстает из первичных вод; бескрайние сонмы существ на земле; лучезарная, но гневная энергия Рудры уходит в недра.

Рудра поражает «сердце ягьи», и олицетворённая жертва, обратившись оленем, уносится к небесам вместе с Агни.

Личное крушение власти и отцовства перед масштабом войны.

Время как беспристрастная стихия, сметающая поколения; смерть уводит и героя, и труса.