Дхарма как высший и подвижный закон

Смирение гнева и скорби через слово и присутствие Божественного.

Пик личной катастрофы и унижения Дурьодханы, его ярость и бессилие.

Царь, «подобный солнцу, упавшему на землю», корчится в крови и пыли; вокруг — сонмы хищников/зловещие сущности, пустынное поле боя, сломанное древо-шала как метафора.

Ночная расправа филина над спящими воронами как прообраз плана уничтожения спящих врагов.

Дождь орошает хорошо возделанное поле — только их сочетание дает урожай.

Ашваттхама, с луком и небесным оружием, клянется уничтожить спящих панчалов под покровом ночи во имя долга кшатрия и памяти отца.

Герой, объятый яростью и скорбью, отвергает сон и покой, клянётся уничтожить спящих врагов.

Решение Ашваттхамы атаковать спящих, остановка у ворот лагеря, сгорающий от ярости выбор.

Космический страж с тысячами глаз, пламенем из пасти, змеи вместо браслетов, тигровая и оленья шкуры, гигантская змея как священный шнур; из огня исходят сотни Хришикеш с раковинами, дисками и палицами.

Тайное проникновение, пробуждение ударом, поваленный воин, нога на горле, отказ «убить оружием», казнь как жертвенного животного.

Дурьодхана, лежащий в крови, «как алтарь», окружённый тремя воинами — Ашваттхамой, Крипой и Критавармой, «тремя огнями».

Великий царь, победитель, в пыли — сокрушён горем после вести о гибели сыновей и войска.