Главы

Кришна как опора рода и гарант справедливости; Кунти — скорбящая мать, обретает просветлённое принятие.

В темноте, после трапезы и отдыха, Видура откровенно предостерегает Кришну от опасной миссии, перечисляя пороки Дурьодханы и тупик мира.

Величественный подземный город данавов, созданный Майей и Вишвакармой, непокорённый богами, ослепительный драгоценными дворцами.

Экстремальная тапасья, испытание Дхармой, возведение в брахманы.

Космическая мощь и священный страх — полёт, что вздымает океаны и гнёт леса; Галава в тьме, видит лишь два огнистых глаза.

Царь Яяти, признавая святость просителя и силу гостя, решает отдать дочь как эквивалент несметного выкупа, чтобы не разрушить закон гостеприимства.

Гордыня, распознание мыслей Индрой и риши, потеря славы и низвержение.

Величественная четверица в окружении алтарей; каждый — столп дхармы и родовой опоры Яяти.

Образ матери, чья любовь — не потакание, а суровый долг; “любовь не ослицы”, железная решимость.

Момент доверительного разговора, когда Кришна предлагает Карне примирение и царство, раскрывая тайну рождения.

Осознанный отказ Карны перейти к Пандавам ради долга и дружбы с Дурьодханой, несмотря на знание истины о рождении.

Мать взывает к сыну, прячется в его тени; сакральный берег, молитва, жара, смирение и безысходность.

Высокомерный отказ мира (смех) встречает древний авторитет дхармы (гнев Бхишмы).

Юдхиштхира объявляет семерых предводителей акшаухини, возвышая Дхриштадьюмну и подчиняя их Дхананджае; Кришна подтверждает выбор.

Дурьодхана спрашивает, полководцы называют сроки. Иерархия власти и уверенности.

Момент до откровения — союз Божественного проводника и сомневающегося героя на поле Курукшетры.

Кришна как несокрушимый центр спокойствия и победы перед лицом несметной армии Куру.

Небесная Дурга благословляет Арджуну в присутствии Кришны; печать предрешенной победы.

Крах воина перед долгом: жалость, растерянность, отказ сражаться.

Мир держится на ягье: Вишну, полубоги, дожди, злаки, пища — замкнутый священный цикл.

Деятельность, посвященная Всевышнему, не «мочит» душу, как вода не смачивает лист лотоса.

Самадхи как немерцающий огонь сознания; внутренняя тишина и устойчивость.

Единый Источник, на котором держится множественность миров.

Верховный как Высшая Душа, пребывающая в сердце каждого; Он — владыка всех жертв.

«Все существа во Мне, но Я не в них… Узри Моё мистическое могущество».