Главы

Пища как сакральная субстанция, питающая богов, предков и людей; раздача пищи как акт поддержания космоса.

Кармическая взаимность поступка и плода.

Учение о четырёх видах сострадания как едином основании, без любой из опор система рушится.

Человек, давший обет ахимсы, обретающий доверие мира — «все существа не страшатся его» день и ночь, в лесу и городе.

Ахимса как вершина религии, аскезы, жертвы, дара, истины.

Милость знания встречает страх перед смертью; момент диалога между всеведением и инстинктом жизни.

Учитель определяет истинную аскезу — защита живых существ как путь очищения кшатрия.

Вьяса, странствующий инкогнито, принят и накормлен Майтреей; его светлый смех — ключ к парадоксу Вед.

Майтрея восхваляет Вьясу; Вьяса утверждает баланс даров, аскезы и Вед — согласие мудрецов.

В глухом лесу ракшас схватил брахмана; герой выбирает не бегство, а речь примирения.

Иерархия допустимых источников пищи для брахмана/кшатрия/вайшьи и абсолютный запрет на пищу от шудры.

Возлияние очищенного масла в священный огонь при рецитации Савитри/Гаятри как первичная форма искупления.

Мироуничтожающий огонь выжигает горы и лес, плач существ; затем сострадательный взгляд Кришны возвращает всему прежний вид.

Махадев в глубокой тапасье на вершине — тигровая и львиная шкуры, змея вместо шнура, спутавшиеся джата, зелёная борода, знамя с быком — как центр притяжения всех миров.

Хари—Кала: кроваво‑красные глаза, палица в руке, тьма и молнии — всевластие времени, через которое осмысляется исход битвы.

Падманабха — космогенез: из пупка Вишну возникает вселенский лотос, откуда исходит творение.

риши, покидающий тело и йогически входящий в планету, чтобы поддержать жизнь; Земля, пронизанная его духом, расцветает.

Смирение Кришны и Рукмини перед брахманом как высшая дхарма; удерживание гнева сильней, чем сила.

Обращение к первоисточнику дхармы; диалог ученика и умирающего мудреца, фиксирующий легитимность наставлений.

Царь ищет высшее благо у умирающего мудреца.

Бхишма, пронзённый стрелами, окружён неподвижными царями и Пандавами — священная тишина после учения.

Траурный имперский выезд Юдхиштхиры с Кришной, братьями, Дхритараштрой и свитой, нагруженный маслами, сандалом и дарами для обряда.

Дыхание, поднимающееся сквозь чакры, выход души через верх головы, небесные знамения, ликование сиддхов и риши.

Юдхиштхира, «сын Дхармы», рухнувший наземь в слезах у Ганги; Кришна командует Бхиме «Держи его!», братья окружили, скорбь и бессилие героя.

Мудрец Вьяса, как авторитет дхармы, останавливает внутренний разлад Юдхиштхиры, обнажая его упрямство и призывая к трезвению.