Скорбь

Арджуна как планетный губитель: вихрь стрел, отсечённые руки с золотым оружием, падающие слоны и повозки — неостановимая орбитальная сила.

Победа без убийства, публичное посрамление и запоминание милости Карны (обет Кунти).

Воплощение кары и неотвратимости — Крипа, возвышающийся как губитель, парализует Дхриштадьюмну и целую рать страхом.

Юдхиштхира лишает Дурьодхану всего — коней, знамени, лука, меча, возничего — и вышвыривает его из статуса «владыки на колеснице» в уязвимого пехотинца.

Земля, устланная прекрасными, как лотосы и светила, отсечёнными головами героев; поток крови как река.

Кауравы после разгрома — сломленные, «как змеи, лишённые зубов и яда, втоптанные в пыль».

Космос и природа предвещают погибель Кауравов ровно в момент триумфа, когда Карна выезжает в бой.

Момент, когда ворон изнемогает над океаном, а лебедь возвращается и берёт его, спасая.

Карна, скрывшийся под видом брахмана, терпит боль от укуса червя-Инды, Рама замечает лужу крови, разоблачает его и изрекает роковое проклятие.

Неудержимость Карны, разоружение и бегство Юдхиштхиры; момент доминирования и милосердного не-убийства.

Один герой, лишённый колесницы, превращается в стихию разрушения и ломает строй Куру.

Поле боя становится ландшафтом подземного мира: реки из крови с «камнями-головами», «водорослями-волосами» и «порогами-костями» устремляются к обители смерти.