Бхишма славит Кришну и успокаивает Юдхиштхиру

В небесной буре над земным двором возникает Кришна тучного цвета, и его взгляд с кроваво-красным сиянием, палица в руке и холодные молнии читаются как власть Времени. Грозовой свет связывает верх и низ картины: буря очищает и одновременно напоминает о неизбежности исходов. Внизу на мокрой каменной террасе сидит Бхишма, в старческом облике строгий и ясный, рядом Юдхиштхира хранит молчание, принимая утешение после катастрофы. У священных вод собрались цари и риши — склонённые, собранные, словно весь этот человеческий круг доверяет высшему порядку, который и являет Кришна. Центр смысла — образ Кришны как воплощённого Времени: он не спорит с горем, а объясняет его масштаб, не умаляя боли. Грохот молний и густые синие тучи создают атмосферу завершения небесного знамения, где буря стихает в просветлении. Фигура Бхишмы на ложе стрел и недвижное внимание Юдхиштхиры переводят космическое откровение в человеческую меру: знание становится опорой. Собрание царей и риши вокруг священной воды выглядит как чинное признание верховенства Кришны — тихое согласие с тем, что время распоряжается исходом битв.