Рама и Лакшман истребляют воинов Раваны

Сцена разворачивается на просторе военного поля: дым, поваленные деревья и суета сражающихся фигур дают ощущение огромного, неумолимого натиска. На этом фоне особенно ясно читается стремительный, огненный удар Лакшмана. Три пылающие стрелы сходятся в решающем мгновении, и Индраджит, украшенный сверкающими серьгами, будто превращается в летящую комету: его голова отлетает по дуге света. Рядом остается безголовое тело — суровый контрапункт победы, знаменующий перелом в дальнейшей судьбе битвы. Лакшман показан в профиль, собранным и точным: натянутая сила тетивы превращается в небесный приговор, обрывающий магическое превосходство ракшаса. Пылающий след стрел связывает земную реальность с мифической справедливостью: вспышка света воспринимается как разящий закон, а не просто эффект оружия. Фигура Индраджита в полете делает момент одновременно жестоким и величественным: его падение читается как крах гордыни и коварства, которое держалось на хитрости и невидимости. Пейзаж с древними корнями баньяна и разбросанными обломками служит молчаливым свидетелем — вечной материей, на фоне которой человеческая решимость выглядит особенно значимой.