Сыновья Пандавов бьются в сражении

На степной равнине среди вихря стрел запечатлён миг расплаты: Шрутакарма, стоящий у своей колесницы, словно отмечен победой багряным кровавым свечением, сравнимым с цветущим деревом кимшука. Над ним в медленном падении возникает холодная, бледно-серебристая голова Читрасены — как луна, внезапно рухнувшая с небес; тёплая кровь и багряная земля контрастируют с её лунным ореолом и делают сцену одновременно торжественной и безжалостной. В этой работе главное внимание сосредоточено на финальном повороте схватки: победа Шрутакармы и падение царя Читрасены показаны как один неумолимый акт. Метафора «голова — луна» задана светом: сияние бледное, перламутровое, почти чужое земле, поэтому трагедия читается не только как битва, но и как знак судьбы. Фигура Шрутакармы наделена величием через цвет и образность: красный поток превращает его силуэт в монумент, а волны стрел вокруг создают ощущение разлома пространства. Фон сохраняет масштаб войны — дали степи, дым и дальние силуэты остаются приглушёнными, чтобы в центре зритель прочёл удар и его итог, не растворяя кульминацию в деталях.