Нарада подводит итог рассказанной истории

На рассвете в лесу Наймиша четыре царя совершают жертвенный обряд у костров, чьи дымные струи складываются в одну живую «реку» — мост между землей и небом. В полукруге подношений рядом с ними стоит Мадхави, отшельница-лань по образу, хранительница родовой связи, по которой дхарма возвращает утраченное. В самом сердце дымного потока парит Яяти: не торжествует и не требует, а принимает исход справедливости. Выше уже звучит небесная встреча — гандхарвы и апсары приветствуют его, а вниз летят лепестки благовоний, словно видимый знак того, что согласие добрых дел стало силой искупления. Смысл сцены держится на одном движении: Яяти низринут из-за гордыни, но восстановление происходит через объединённые плоды добродетели внуков. Четыре жертвенных огня здесь важнее, чем отдельные лица: они читаются как четыре качества, соединяющиеся в общий поток заслуг. Мадхави становится мягкой человеческой опорой этого чуда родства. Небесная встреча не превращает рассказ в праздник самолюбования. Вознесение показано как очищение и примирение с порядком дхармы — спокойное, благоговейное, окончательное. В композиции дым работает как символ духовной дороги: из леса к вратам небес, где суд объясняет причину падения и тем самым завершает историю поучительным итогом.