Маркандея риши описывает век Кали

Широкая масляная панорама заставляет взгляд идти от истощённой земли к далёкому обещанию обновления. Внизу — тёмные холмы, покосившиеся алтари и опустевшие пространства, где люди лишь силуэтами напоминают о распавшемся порядке и голоде. Над горизонтом встаёт Калки на белом коне — маленький по масштабу, но мощный как знак грядущего восстановления дхармы. В небе над миром в огне проявлены космические знамения конца юги: разъятый свет семи сияний, падающие метеоры, спутанные направления, а вместе с рассветом появляется строгая надежда на возвращение Сатья-юги. Этот образ держит напряжение между иссяканием и началом: конец Кали-юги читается по опустошённости земли, а надежда — по свету, идущему от горизонта. Калки показан намеренно издалека — как пророческий маяк, который ещё не вторгается в быт, но уже обозначает неотвратимость обновления и восстановления законов нравственности. Небесные явления трактованы как знак общего распада мира: семь светил, метеоры и затмения создают ощущение космического перелома, который сопровождает последнюю черту упадка. В результате возникает не сцена битвы, а метафизический переход: тьма сгущается внизу, а рассвет — на границе, где заканчивается разрушение и начинается новый круг.