После смерти Дроны войско Кауравов не просто отступает. Оно теряет внутреннюю опору. Имена ещё велики: Карна, Шалья, Крипа, Критаварма, Дурьодхана, Духшасана. Но строй уже не держится. Люди бегут, и вместе с ними рушится уверенность, что прежняя сила сможет всё исправить.
На этом фоне особенно страшен Ашваттхама. Он не растворяется в общей панике. Он продолжает сражаться, потом вырывается из боя и едет к Дурьодхане узнать, что случилось. В нём уже собирается новая ярость — не та, что защищает порядок, а та, что скоро будет искать возмездия любой ценой.
Глава не даёт простой радости победы Пандавов. Да, Дрона пал, войско Кауравов смято. Но за этим стоит тяжёлая нравственная цена: Дрона был сломлен через полуправду, и победа приходит с горьким привкусом. Именно поэтому бегство Кауравов звучит не как лёгкий триумф, а как начало ещё более тёмного витка.
Гнев здесь входит в два разных состояния. Одни бегут, потому что страх сильнее гордости. Другой остаётся, потому что боль стала горячее рассудка. И то и другое опасно: страх бросает людей без меры, ярость делает человека одиноким орудием будущей беды.
Для сегодняшнего читателя эта сцена узнаваема там, где после крупного конфликта все вроде бы понимают, кто победил, но никто не чувствует очищения. Осталась обида, недоговорённость, желание ответить, нераспознанная вина. Если это не остановить, поражение одного дня превращается в месть следующей ночи.
Слушать главу 0664 стоит от общей паники Кауравов до одиночного движения Ашваттхамы. Тогда становится ясно: опасность войны не заканчивается вместе с бегством армии. Иногда самое страшное начинается в человеке, который не убежал, а остался со своей яростью один на один.