Кауравы бесстрашно бьются с Арджуной за Джаядратху

На закатном поле Арджуна на серебристо-белых конях прорывается сквозь плотный строй кауравских колесниц: впереди — темная колесница Джаядратхи, вокруг нее — сомкнутое кольцо защитников. Тетива Гандивы сияет в струях дыма и пыли, а поле, усеянное поверженными знаменами и обломками оружия, превращается в тесный коридор для последнего рывка. Небо тяжелеет багровым огнем, и само солнце, низко стоящее у горизонта, задает меру времени и неотвратимость развязки. В этом движении контрастируют спокойная сила Кришны-возничего и стремительная ярость Арджуны, и каждая вспышка света над доспехами и летящими стрелами словно свидетельствует: клятва еще жива, но день уже на исходе. В главе клятва Арджуны становится тем же противником, что и вражеские воины: исход решают не только сила и мастерство, но и миг до захода солнца. Иллюстрация помещает зрителя в пространство гонки, где мчащаяся колесница устремлена к единственной цели, а вокруг нее плотнеет оборонительный заслон кауравов. Солнечный закат читается как временной знак: он окрашивает небо и делает каждый пролет стрел ближе к развязке. Кришна здесь — уверенное руководство движения, тогда как Арджуна — огненный импульс, разрезающий строй противника в стремлении исполнить обет.