Юдхиштхира отвечает на вопросы якши

У священного озера в туманном пейзаже Парипатры стоят и покорно выстроены бездыханные братья: трагедия без крови и следов брани превращается в величавое молчание конца юги. На правом берегу возвышается якша — огромный страж, светящийся изнутри и строгим присутствием напоминающий о тайном законе, которому нельзя перечить. Слева у воды Юдхиштхира в простой царской одежде держится сдержанно и прямо, и его жест направлен к Накуле. Тонкая золотистая аура у тела выбранного брата намекает на сделанный нравственный выбор: царь предпочитает справедливость между двумя матерями расчету силы и выгоде, и потому даже перед страшной потерей остается верен дхарме. Сцена объединяет два состояния: торжественную скорбь о павших и тихую собранность живого — Юдхиштхиры перед лицом испытания. Якша показан не как разрушитель, а как властная природная мощь, чья свето-огненная природа отделяет частную трагедию от высшего порядка. Жест царя к Накуле делает выбор смыслом картины: это решение, в котором слышна забота о равновесии между Кунти и Мадри и отказ от того, чтобы мерить ценность людей силой. В ландшафте озера и далеких гор печаль звучит как предельная тишина, а свет правды — как напоминание, что дхарма остается опорой даже на пороге невозможного.