Савитри спасает Сатьявана от смерти

В момент, когда владыка смерти являет свою власть, Савитри стоит перед Ямараджей: она бережно держит голову Сатьявана на коленях, сохраняя спокойствие и достоинство. Над ними поднимается грозная фигура Ямы в красном одеянии с диадемой, в руках — аркан, символ неизбежного предела. Но тишину нарушает свет, рожденный не чудесной вспышкой, а неотступной дхармой: сияющая нить души тянется от аркана и вновь соединяется с телом Сатьявана, будто возрождение уже решено. Сумерки, древний лес и тлеющий огонь вдали оттеняют торжество милости — праведность здесь сильнее рока. Савитри в этой сцене не скорбит напоказ: ее поза и обращенный к Яме взгляд выражают верность, которая становится словом и действием. Сатьяван лежит у нее на коленях — безмолвный свидетель того, где проходит граница между жизнью и смертью. Ямараджа показан величаво и строго, без злой карикатуры: в красном наряде и с арканом он воплощает судебную власть. Его жест читается как момент пересмотра — власть, смягченная праведной стойкостью. Сияющая нить, соединяющая метафизический жест и человеческое тело, делает кульминацию почти ощутимой. Свет, идущий от Савитри, направляет возвращение дыхания и превращает предсказание в благословение. Фон сумеречного леса и слабый огонь вдали напоминают о страхе ночи и опасности пути, но здесь все оттеняет другое: торжество дхармы происходит тихо, через любовь, ясность и нравственную точность.