Легитимность силы через испытание и самообуздание

Арджуна, прикрываясь Шикханди, раз за разом рассекàет луки Бхишмы и разрубает метнутый молниеобразный дротик.

Момент, когда Бхишма рушится, солнце меркнет, знамя повержено, страх охватывает обе армии.

Чудесное пробуждение источника стрелой Арджуны и напоение пронзённого стрелами Бхишмы.

Карна, со слезами, припадает к стопам Бхишмы; Бхишма, отослав стражу, обнимает его одной рукой как отец сына.

После падения Бхишмы Кауравы подобны небу без луны, судну в шторме, лани среди волков — серия образов пустоты и страха.

Образ Бхишмы, лежащего как солнце, упавшее с небосвода — космическая потеря, мерило масштаба бедствия.

Величие, ставшее неподвижной осью битвы; надежда Кауравов превращена в неподвижный, ослепительный упадок.

Мудрый патриарх возлагает на Карну обязанность быть «океаном для рек» и опорой Кауравов.

Момент назначения Дроны полководцем, священный ритуал признания власти перед десятью и одной акшаухини.

Высокое сияющее знамя Карны с подпругой слона, гасит скорбь по Бхишме и зажигает уверенность в войске.

Мир сужается до сплошной тучи стрел; виден лишь движущийся стяг Дроны, как вспышка молнии.

Невозможность произошедшего — гибель Дроны как космическая аномалия.