Неудержимый в бою Бхима

Под лунным светом Врикодара врывается в разорённый строй: его левая рука удерживает Джаядратху, сорванного с колесницы, а правая поднята в миг, предшествующий решающему удару. Лицо с глазами «как лотосы» и звериным рыком делает эту минуту не просто эпизодом войны, а образом грозной кары. Вокруг — перевёрнутые, сломанные колесницы, рассеянные фигуры и бегущие цари: их страх читается по тому, как шатко распадается порядок. На фоне ночной равнины дым и вспышки огня подчеркивают жесткость сцены, а стаи птиц и волчьи силуэты напоминают о цене боя. Сцена строится вокруг одного действия: Бхима вырывает Джаядратху с колесницы и замер в предельной напряженности перед ударом. Его сила показана как физическая стихия — тяжесть тела, хват, разворот корпуса — и как мифический знак, вызывающий вражеский ужас, который в тексте сравнивается с безумием страха. Сломанный транспорт и разбросанные воины дают ощущение ночного разгрома без перечисления деталей: внимание держится на моменте позора и бессилия врага на глазах у главных свидетелей. В композиции важен контраст света и тьмы: холодная лунность вокруг делает происходящее ещё более жестким, а присутствие стервятников и волков завершает смысл ночной бойни.