Аштавакра побеждает в споре Вандина

На берегу Саманги Аштавакра совершает омовение, и миг чудесного преображения читается прямо по движению тела: из изогнутой линии рождается прямая, словно выпрямляется сама справедливость, восстановленная спором. Вода отражает рассветный свет, а вокруг — тишина, в которой слышно согласие народа и святость момента. Позади него отец Аштавакры, Кахода, и почтенные брахманы принимают почести, подтверждая возвращение утраченного и торжество дхармы. На дальнем плане видны следы жертвенного порядка и живой ход ритуала, а на правом берегу царит внимательное ожидание Джанаки и собравшихся, словно весь дворец и вся река становятся свидетелями очищения. Решающий смысл главы здесь переведен из речи в действие: победа мудрости завершается очищением, которое меняет самого человека. Саманга показана как живая благодать — не просто вода, а путь, по которому приходит восстановление. Свет на фигуре и на поверхности реки делает это преображение зримым и понятным. Кахода среди брахманов связывает личное возрождение с общим порядком: возвращается родовая целостность, а вместе с ней — доверие к справедливому суду. Джанана и собрание остаются на стороне благоговения: после напряжения спора мир получает ясную развязку в спокойной, почти тишайшей кульминации.