Блага от отказа употребления в пищу мяса

В широком пейзаже человек в простом благочестивом одеянии сидит на холме, сохраняет спокойствие и поднимает ладонь в жесте благословения без крови. Его окружают разные живые существа — от птиц и коров до змеи и диких зверей — собранные в спокойный круг защиты, где страх уступает состраданию. Над фигурой проступают золотые лучи небесного благоволения: сострадательная жизнь предстает как сила, делающая человека неприкосновенным для вражды. На краю виднеется лишь холодный отзвук Кумбхипаки как предупреждение о последствиях жестокости, тогда как долина дышит чистотой, ручьем и плодоносящей зеленью. Сцена опирается на мысль, что отказ от жестокости — высшая дхарма: сострадание становится не чувством, а защитной реальностью. Животные в круге не выглядят «пойманными» обстоятельством; они как будто признают праведность и приближаются без угрозы и насилия. Контраст света и дальнего тёмного вихря задает кармическую меру: выбор в пользу плотского и убийственного оборачивается страданием, а воздержание — благодатью и спокойствием. Природный мир трактован как свидетельство единства: ценность жизни пронизывает всё живое, и человек, который хранит её, обретает защиту даже там, где иначе был бы страх.